19 ноября 2012 года вступило в силу Постановление НБУ N 475 от 16 ноября.

Постановление НБУ вносит такие изменения в порядок регулирования операций в иностранной валюте:

  • Срок для расчетов по экспортным и импортным операциям в иностранной валюте сокращен со 180 до 90 дней.
  • После 19 ноября украинские компании обязуются продавать выручку в иностранной валюте, полученную от экспорта товаров (включая услуги, работы, права интеллектуальной собственности). Процент выручки в иностранной валюте, которая подлежит продаже, в размере 50%, установлен Постановлением НБУ, которое было принято 16 ноября, но пока не было опубликовано.

Изменения введены на 6 месяцев, однако НБУ может продлить этот срок.

Подобные  меры на протяжении становления в Украине государственности, и, как неотделимая составляющая,  – самостоятельной экономики,  неоднократно применялись. Так, к примеру, после кризисного августа 1998 года был принят соответствующий закон, устанавливающий обязательную продажу 50% валютной выручки за небольшими исключениями. Продержались такие правила до 2005 года, когда кризис был далеко позади. Однако дефицит валюты в государстве образуется не исключительно во времена упадка экономики. По этой причине государственный регулятор с завидной периодичностью издавал подобные постановления. Речь идет о постановлениях Национального банка Украины, которые вызывали со стороны юристов шквал негодования – ведь по действующему закону О национальном банке, у последнего полномочий на принятие таких постановлений не усматривается. Тем не менее, постановления принимались к исполнению – коммерческие банки не могут обходить директивы вышестоящего НБУ. Таким образом, не смотря на правовую сомнительность данных актов, они де факто действовали. В конце 2010 года президентским указом было  поручено разработать и внести законопроект, дающий такие полномочия Национальному банку, что, собственно, и было реализовано.

 

Привлечет ли продажа 50% экспортной выручки приток валюты в Украину? Не думаю, скорее наоборот. И вот почему.

Не секрет, что бизнес живет по принципу: где можешь – не плати, то есть максимально сокращай издержки, увеличивая прибыль. Если экспортер не новичок в своем деле, он привык к стихийным выходкам со стороны  государства и, насколько возможно, своими собственными методами постарался обеспечить мало-мальскую стабильность в ведении дел. Такая категория бизнеса, имеющего достаточные обороты, чтоб содержать афилированные лица, направляют в страну экспорта лишь ту часть выручки, которую считают необходимой. По сути продают экспортный товар по индикативной цене своей же компании в низконалоговой юрисдикции либо в он-шорной юрисдикции с применением трастовых схем, и  дальнейшей продажей конечному покупателю по договорной цене. При этом, значительная часть прибыли оседает на счетах иностранных компаний, а рентабельность украинского экспортера поддерживается на минимально возможном уровне.  Иностранная компания фактически выполняет роль расчетного центра,  некоего посредника между экспортером и действительным покупателем.

С другой стороны, многие предприниматели работают без использования методов минимизации, выставляя в контрактах договоренную стоимость продукции, заключая прямые контракты с конечным получателем. Будут ли они работать по-прежнему после вступления закона в силу? Ведь, как правило, экспортер-производитель имеет импортную составляющую. А это значит, что для производства экспортно-ориентированного продукта ему необходимо закупить за границей комплектующие, сырье, запчасти, прочее, -то есть осуществить импорт, безусловно за валютные средства. А если в себестоимости продукта импортные комплектующие составляют 80-90%? Получая от внешних контрактов валюту, продавая ее 50%, бизнес вынужден дважды нести затраты по обменным банковским комиссиям, а также валютные риски, ведь для закупки придется опять на межбанковской бирже покупать валюту. Вот и получается: кто работал и ранее по методу экономии затрат и снижения рисков, тот этому принципу не изменит, а вторая категория экспортеров сядет за калькулятор, и в условиях прогнозируемой девальвации гривны призадумается, что безусловно, приведет к обратной реакции: оттоку валюты из страны.

Помимо описанных схем, полагаю,  будут активно заключаться  давальческие контракты, суть которых в данном интересующем контексте сводится к тому, чтоб не заводить в Украину валюту за в реальности экспортный товар, а оплачивать лишь скромные услуги  так называемой «давальческой переработки сырья».

 

Можно ли использовать какие-то законодательные коллизии и не продавать обязательную к продаже валюту после вступления в силу закона? Думаю, нет по двум причинам. Во-первых, не вижу пробелов в нормативных актах после предоставления полномочий НБУ законом, проголосованным Верховным Советом. Во-вторых, даже если под лупой придраться к текстам и « иметь свое мнение», отличающееся от видения власти, то фактически все равно регулятор не даст возможности этим мнением воспользоваться, поскольку комбанки вынуждены выполнять распоряжения Национального. Много ли мы знаем бизнесменов, готовых по такому поводу судиться с контролирующими органами? И не из-за страха попасть в немилость. Результативность таких исков предсказуема, а повод для иска – всего лишь небольшой эпизод из многосложных взаимоотношений «государство-я».

 

Татьяна Кузьмич,

управляющий партнер,

специально для «Комментарии», № 44 от 16 ноября 2012 г.

 

 

Copyright © Prime Law Firm 2011&mdash2016, All Rights Reserved
Powered by Code201