Было  бы логичным к ярким событиям, описанным  ниже, сделать небольшую и довольно скучную преамбулу из жизни государства, которая, впрочем, необходима для дальнейшей ясности.    

Итак, довольно продолжительный период Украина жила по сути без антикоррупционного законодательства. Три новых закона, которые должны были с 1 января 2011 сформировать антикоррупционное законодательное поле, парламент отменил. Так, в декабре 2010 года Верховный Совет признал утратившим силу пакет из законов "О принципах предупреждения и противодействия коррупции", "Об ответственности юридических лиц за совершение коррупционных правонарушений" и "О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины относительно ответственности за коррупционные правонарушения".

Еще раньше группа государств по противодействию коррупции Совета Европы GRECO на своем заседании в Страсбурге отметила провал Украины в плане законодательного обеспечения борьбы с коррупцией и несоответствие европейским стандартам борьбы с коррупцией по 13 направлениям. Украина стала первым государством-участником европейской антикоррупционной инициативы, которому эксперты понизили степень выполнения по трем рекомендациям GRECO.

Рекомендации комиссии, в первую очередь, сводились в  важному принципу – эффективности борьбы с коррупционерами внутри государства, под которыми должно пониматься круг чиновников, так или иначе могущих использовать данные государством полномочия в частных интересах.

Наконец, в апреле парламент принимает закон «О принципах  предотвращения и противодействия коррупции в Украине». Средствами массовой информации довольно много времени было посвящено тексту этого нормативного акта, со всеми его плюсами и минусами, однако гораздо интереснее заглянуть в ту бездну, которая распростерлась между теорией и практикой. До какого извращения может дойти мысль отдельно взятого исполнителя, призванного служить защите бизнесу, гражданам, нам с вами, - тем, кто старается в эти нелегкие времена не сдаваться, продолжать активную деятельность, зарабатывать, поддерживая сотрудников, близких, просто нуждающихся.

Итак, возглавляемая мной адвокатская компания, направила в командировку своего специалиста в судебное заседание. Целью командировки было получить денежные средства от ответчика, который по личной инициативе предложил выплатить в пользу истца. Стоит ли говорить, что компанией был заключен договор на ведение дела в суде с клиентом, выдана доверенность на ведение дела, совершен ряд прочих формальностей. За два месяца до описываемых событий компания подала в хозяйственный суд города Запорожье иск с требованием взыскания с ответчика 140 тысяч гривен, которые представляли собой стоимость утраченного переданного на хранение имущества, а также штрафные санкции за период невозврата, предусмотренные договором. Судебные заседания должник игнорировал, и лишь по случайному стечению обстоятельств ответил на звонок юриста перед заседанием, которое должно было стать последним. В попытке следовать международной и просто разумной  практике внесудебного урегулирования, юрист адвокатской компании предложила ответчику пойти по пути медиации и, связавшись с кредитором, договориться о сумме, которая будет выплачена добровольно и сразу, без приказного производства.  Кредиторам по нынешним временам приходится нелегко: помимо уже утраченного нести дополнительные расходы в виде гонораров юристам, командировок, выплат исполнительной службе может позволить не каждый. Зачастую такая метода длинна и в конечном результате теряет экономический сенс. По здравому размышлению, услыхав в телефонную трубку эмоциональное должника, мол, нет ничего за душой, взыскивать по результату все равно будет не из чего, -  истец согласился на добровольную выплату  15 тысяч гривен. Деньги должна была получить ведущий дело юрист до судебного заседания (имея нотариально подтвержденные полномочия), после подав отказ от исковых требований в суд.

Далее события разворачивались по сценарию детективного жанра.

Около 10 утра поезд из Киева прибывает в Запорожье.

Ответчик встречает юриста в оговоренном месте и, посмотрев подписанные документы по отказу от исковых требований, передает оговоренную сумму, получая взамен экземпляр отказа. Все это происходит в присутствии молодого человека, представленного ответчиком «партнером по бизнесу». Далее, оба следуют в канцелярию хозсуда и подают заявление.

В 10.30 истец и ответчик являются в назначенное судебное заседание, где истец поддерживает поданное завление, суд объявляет о закрытии производства в связи с отказом от иска истцом.

После заседания на выходе из суда возле автомобиля ответчика проявляет активность «партнер по бизнесу», подбегая к барышне-юристу в группе  людей в штатском (трое мужчин, пригласивших позднее еще двух якобы понятых), и, представляясь, сотрудниками милиции, проводят по сути следственные действия с видеофиксацией БЕЗ предъявления каких-либо постановлений – снимают с пальцев юриста остатки порошка, который предварительно был нанесен на переданные бумажные купюры, проводят обыск, изымают папку с судебными документами, предлагают проехать незамедлительно в управление области. По дороге задержанной не дают связаться с руководителем, клиентом, родственниками.

Коротенький финал рабочего дня: без денег, без оригиналов отобранных (иначе не скажешь) документов, без копий запрошенных постановлений, без копий данных в управлении пояснений, спустя 7 часов допроса за 20 минут до отправления поезда в Киев юрист в недоумении читала вновь принятую статью прим уголовного кодекса, не понимая каким образом ее действия можно квалифицировать как взятка.   

На описанную ситуацию видавший виды юрист, не поверив, улыбнется, – анекдотичнее и придумать сложно. Все так, если бы это не становилось нашей с Вами реальностью. Если бы сотрудники милиции, позабыв о кумовстве и личных интересах, с одной стороны, и формальных планах, доведенных руководством по выявлению коррупционных действий, с другой, стояли на страже законности, не искажая сути правоотношений.

По иронии поданная адвокатской компанией жалоба на действия сотрудников милиции с требованием привлечения к ответственности за незаконные действия, в настоящий момент находится  на рассмотрении подразделения по борьбе с коррупцией.